Сегодня дней рождений нет
Мероприятий не запланировано


 


Друг мой - враг мой

Видимо, впечатлившись масштабом финансового кризиса, 15 декабря вице-премьер Алексей Кудрин заявил о том, что запланированный на следующий год рост тарифов, подтвержденный правительством еще пару месяцев назад, может быть сокращен "минимум на 10-15 процентных пунктов". Особенно болезненным для российской экономики должно было стать 20-25-процентное повышение цен на природный газ - главное топливо для отечественной промышленности. В то время как на мировых рынках стоимость энергоносителей снижается, отечественным потребителям грозило обратное.

Судя по всему, аппаратная борьба за газовые тарифы еще впереди. Но каким бы ни был ее результат, он не отменит принципиального стратегического решения, в соответствии с которым внутрироссийские цены на газ должны быть доведены до европейского уровня. Хотя сама жизнь заставляет усомниться в его обоснованности и адекватности.

ГАЗ - РОССИЙСКИЙ, ЦЕНЫ – ЕВРОПЕЙСКИЕ
6 ноября 2008 года приказом N 217/1 Федеральная служба по тарифам (ФСТ) утвердила повышение минимальной ставки внутренних цен на газ в 2009 году в среднем на 27%. Идеологическая база этого решения - правительственное постановление N 333 от 28 мая 2007 года "О совершенствовании государственного регулирования цен на газ", зафиксировавшее концептуальное решение об изменении механизма ценообразования и резком повышении внутренних цен на газ до европейского уровня. До сих пор стоимость природного газа в России регулировалась государством и была намного ниже, чем в развитых странах. Постепенно, к 2011 году, было решено от регулирования полностью отказаться, а внутренние цены в несколько скачков привести к европейскому уровню, обеспечивающему равную доходность с экспортными поставками "Газпрома" на его главный зарубежный рынок сбыта.

При таком механизме ценообразования стоимость газа в России будет колебаться в такт с европейской и отставать от нее лишь на сумму транспортных расходов по доставке газа в Европу (около 40 долларов за тысячу кубометров) и на 30-процентную экспортную пошлину. Цены на наш газ в Европе, в свою очередь, привязаны к стоимости нефти, точнее, получаемых при ее переработке тяжелых углеводородов (мазут и др.). А это значит, что, останься нефть на уровне 100-150 долларов за баррель, стоимость реализуемого в стране газа должна была бы вырасти по меньшей мере втрое: с установленных ФСТ 70-75 долларов за тысячу кубометров до примерно 250 долларов.

Финансовый кризис и падение стоимости углеводородов на мировых рынках существенно поменяли расклад, но вовсе не в лучшую, как может показаться на первый взгляд, для отечественных потребителей сторону.

При нефти, стоящей 40 долларов за баррель, приблизительно через полгода (с таким временным лагом в долгосрочных европейских контрактах "Газпрома" стоимость газа увязана с нефтью) цены на российский газ в Европе должны упасть до уровня около 150 долларов. Соответствующая равнодоходная цена для России составит всего 80-90 долларов, и в случае намеченного повышения газовых тарифов она будет достигнута не в 2011-м, а уже в следующем году. Россия окажется едва ли не единственной страной мира, где главное ископаемое топливо в условиях кризиса не подешевеет, а подорожает. Отечественная экономика в условиях кризиса лишится главного конкурентного преимущества. Последствия внедрения равнодоходного механизма окажутся куда более серьезными, чем можно было бы предположить, исходя из простого расчета дополнительных расходов на подорожавший газ.

БУДЕТ БОЛЬНО
Роль природного газа в экономике нашей страны необычайно велика. Энергоемкость российского ВВП (среднее количество энергоносителей, потребляемых на стоимостную единицу продукции) одна из самых высоких в мире. При этом газ закрывает около 57% российского баланса энергопотребления. В глобальном масштабе наша экономика одна из самых "газовых", соответствующий вид топлива становится основной составляющей издержек.

Главный канал, через который прирост цены на газ ударит по всей экономике, - электроэнергетика. Отрасль представлена преимущественно тепловыми станциями, большая часть которых работает на голубом топливе. Удорожание газа, на который приходится около половины производственной себестоимости, означает очень существенное увеличение цены генерируемой электроэнергии и тепла. При этом их конечная стоимость, из-за низкой эффективности отечественных ТЭС, у нас окажется заметно выше, чем во многих энергодефицитных развитых странах вроде США или Франции. Подорожание газа вызовет цепную реакцию в других сегментах ТЭКа. Из-за слабого развития рыночных институтов и пассивности регулирующих органов продавцы альтернативного топлива - угля - склонны внутренние расценки на свой продукт подгонять к соответствующей цене газа (естественно, не в абсолютном значении, а на единицу теплотворной способности). В свою очередь, собственники гидро - и атомных станций ориентируются на расценки доминирующих на рынке "газовых" ТЭС, в нынешнем году им уже удалось пролоббировать 30-процентный рост энерготарифов.

Переход на новый механизм ценообразования будет означать переток колоссального (до 80 млрд. долларов) объема средств от несырьевых предприятий в "Газпром". Но в ряде отраслей удорожание газа, тепла и электричества способно привести к куда более болезненным, чем простой рост расходов, последствиям. За гранью рентабельности рискует оказаться ряд экспорториентированных газо- и энергоемких предприятий. Например, производители продуктов базовой химии, азотных и смешанных удобрений (доля газа в себестоимости последних может превышать 50%) с общей выручкой порядка 10 млрд. долларов. Резко увеличатся издержки в производстве строительных материалов, в частности на предприятиях по изготовлению цемента, кирпича и в стекольной промышленности. Утрата серьезного конкурентного преимущества может привести к сворачиванию активности и других энерго- и материалоемких отраслей, сокращению экспорта и росту импорта соответствующих продуктов.

Рост цен на газ затронет и широкие слои населения. Нигде в мире, кроме России, столь значительная часть населения, привязанного к централизованному отоплению, не проживает в условиях суровой зимы. За годы, прошедшие с начала либеральных реформ, доля ЖКХ в структуре расходов населения увеличилась вдвое - до 9%. Размер платы за электричество и тепловое отопление в решающей степени определяется ценами на газ, и, если газ подорожает, серьезная статья затрат граждан может резко вырасти. В условиях финансового кризиса и снижения доходов рост тарифов ЖКХ рискует стать очень болезненной темой для значительной части среднего класса (лишены льгот), а также жителей сел и малых городов, где велика доля собственных домов (большие теплопотери) и граждан с низкими доходами.

Несмотря на очевидные негативные последствия, представители и сторонники "Газпрома" постоянно приводят доводы двух типов, которые, по их мнению, безоговорочно доказывают необходимость перехода на европейские цены.

НЕ ТАМ ИЩЕМ
К аргументам первого типа относятся разнообразные свидетельства того, что низкие тарифы приводят к чрезмерному, расточительному и неэффективному использованию очень ценного природного ресурса. Одно из доказательств - якобы неоправданно завышенная доля газа в отечественном энергобалансе, которая на самом деле является обычной для газоэкспортирующих стран.

Есть и более обоснованный упрек - уже упомянутый нами показатель энергоемкости российского ВВП остается одним из худших в мире (второе-третье место с конца). Действительно, избыточное потребление газа в стране оценивают на уровне 100 млрд. кубометров. На доллар добавленной стоимости у нас тратится около 350 граммов условного топлива в нефтяном эквиваленте, что на порядок больше, чем в развитых странах.

Вроде бы этот вывод наглядно подтверждает и статистика. В последние годы, когда стали активно повышаться внутренние цены на газ, энергоемкость российской экономики начала снижаться. Казалось бы, вывод ясен: без резкого удорожания "халявного" газа проблему не решить. Но более глубокий анализ динамики энергоемкости приводит к совершенно неожиданным для защитников дорогого газа выводам. Вот несколько наблюдений.

В 1993-1998-х стоимость газа на внутрироссийском рынке постоянно росла, а вот энергоемкость ВВП не только не демонстрировала логичного сокращения, но еще и увеличивалась. Более того, она вышла на пиковые значения в те годы, когда внутренние цены на голубое топливо достигли локального максимума и вплотную приблизились к расценкам развитых стран. Аналогичная ситуация наблюдалась и в близкой нам и столь же энергорасточительной Украине. Процесс снижения энергоемкости в двух странах начался в 1999 году, когда цены на газ в долларовом выражении упали до смехотворных уровней. При этом на Украине, где цены на газ выше российских, энергоемкость тоже выше. Более того, случившийся на Украине в 2005-2007 годах взрывной рост газовых цен на динамику снижения энергоемкости никакого кардинального воздействия не оказал.

Цены на газ отечественными потребителями уже давно не воспринимаются как бросовые; снижение энергоемкости сейчас куда больше связано с ростом доходов, развитием инвестиционного процесса, модернизацией основных фондов и развитием новых отраслей, которые по роду своей деятельности потребляют меньше энергии. Немного утрируя, можно сказать, что появление пары "российских Майкрософтов" сделает для снижения энергоемкости российского ВВП гораздо больше, чем кратное повышение цен на газ. Тяжелую же индустрию, которая занимает непропорционально большую долю в нашей экономике, едва ли можно вывести на уровень потребления энергии на порядок меньше сегодняшнего. Для стимулирования полезного процесса скорее необходимо не повышение цен, а развитие хайтека, радикальная модернизация основных фондов и поощряющая энергосбережение законодательная база.

ЛОЖНАЯ АЛЬТЕРНАТИВА
К аргументам второго типа относится следующий довод. Российская практика регулируемых тарифов носит нерыночный, неестественный характер для экономики, отказавшейся от советской плановой системы. Нынешние регулируемые цены на природный газ являются неприемлемо низкими и по меркам мирового рынка, и в сравнении с ценами на альтернативные энергоносители. В итоге "Газпром" дотирует другие отрасли, работает себе в убыток (второй вариант - недополучает средства, необходимые для поддержания инвестиционного процесса).

Доказательство тут тоже вроде очевидное: темпы роста внутренних тарифов в последнее десятилетие отставали и от роста издержек (часто приводимый пример - резкое удорожание металла), и от роста мировых цен, так что газ в пределах страны оказался в три-шесть раз дешевле, чем в мире, в отчетности о результатах работы на внутреннем рынке компания демонстрировала убыток.

Правда, когда о свободных, рыночных ценах начинает говорить абсолютный газовый монополист, который даже Евросоюз держит за горло, это выглядит несколько неубедительно. А заявления об убыточности и стремительном росте затрат заставляют задуматься и об эффективности самой монополии, издержки которой зачастую в полтора-два раза превышают показатели конкурентов.

Но не станем заострять внимание на этих популярных в СМИ темах. Зададимся менее популярным вопросом: а насколько правомерно со стороны "Газпрома" выдавать европейские (они же мировые, они же рыночные) цены за некое справедливое мерило для российского рынка?

В отличие от нефти, газ - трудноскладируемая субстанция, основная часть конечной себестоимости которой приходится на расходы, связанные с транспортировкой. Газ пересекает границы преимущественно (около 70%) по трубопроводам и реализуется чаще не на бирже, а в рамках двухсторонних долгосрочных контрактов между производителем и одним-двумя крупнооптовыми покупателями по различным ценовым схемам. Никакого единого рынка газа, никакой мировой цены, по большому счету, не существует. В разных точках планеты стоимость газа разнится кратно, в местах добычи он обычно оказывается в разы дешевле, чем в энергодефицитных регионах.

Россия является лидирующей державой и по запасам газа (25,2% мировых), и по объемам его добычи (20,6%), и по масштабу экспорта (21%). Но раз уж газ - наше естественное преимущество, не логичнее ли вместо энергодефицитной Европы сравнивать его стоимость с ценами на рынках "газоизбыточных" государств?

Такое сравнение окажется уже не в пользу "Газпрома". Даже нынешняя цена, не говоря уже о равнодоходной, в России выше, чем в большинстве богатых голубым топливом стран. Так, в Алжире и в Ливии, чьи месторождения ближе к Европе, чем российские, за газ потребители платят приблизительно вчетверо меньше.

""Европейская формула" в основном связана с ценой на нефтепродукты в Роттердаме, - отмечает руководитель East European Analysis Михаил Корчемкин. - Ну и какое отношение цена на мазут в этом европейском порту имеет к цене на газ в городе Тюмени? Российский газовый рынок не часть европейского, а совершенно самостоятельное явление. Ведь цена на пресную воду на берегу Байкала не может быть такой же, как в Сахаре".

Впрочем, при страновых сопоставлениях представители "Газпрома" предпочитают ставить вопрос иначе: дескать, если бы не навязанные нам внутренние потребители, мы смогли бы продать газ с куда большей выгодой на основном экспортном рынке - в Евросоюзе, куда сейчас поступает около 30% продукции компании. Например, в Канаде и Норвегии, экспортирующих существенную часть собственной добычи газа, внутренние цены на голубое топливо существенно выше российских и приближаются к ценам на ключевых рынках сбыта.

Но дело в том, что в отличие от европейских стран российская газовая отрасль не столь тесно интегрирована с основным рынком сбыта, отделена от него тремя с половиной тысячами километров и множеством международных границ. Ну а главное, потребляемый в России объем газа столь велик, что в Европу физически не может быть перенаправлен. Да и о какой альтернативе может идти речь, если даже до финансового кризиса у "Газпрома" не очень-то получалось существенно нарастить экспорт по якобы универсально справедливым европейским расценкам. Компания долгое время не может договориться о приемлемых ценах поставок газа в Китай (по неофициальным данным, до кризиса китайцы соглашались лишь на 150 долларов), а европейцы всеми силами стараются снизить зависимость от российской монополии, всячески поддерживая альтернативные газопроводные проекты.

ПОРА ОПРЕДЕЛИТЬСЯ
Какой же следует быть "правильной" цене на газ, если исходить не из абстрактной европейской альтернативы, а из того, что эта цена должна обеспечить возможность инвестировать и получать разумную доходность?

Любопытно исследование, проведенное аналитиками инвесткомпании UBS, которые сумели просчитать и представить детальные сметы основных составляющих расходов компании (строительство линейной части газопроводов, компрессорных станций, бурение и освоение конкретных месторождений). Главный вывод исследования: себестоимость добычи газа совсем невысока, вместе с тем в нынешних тарифах недооценены прошлые затраты на создание трубопроводной инфраструктуры, которая в решающей степени и определяет конечную себестоимость этого топлива.

Чтобы обеспечивать нормальный инвестиционный процесс и умеренную рентабельность, по оценкам авторов доклада, тариф на транспортировку тысячи кубометров газа на расстояние в 100 км должен составлять 3-3,5 доллара (почти вдвое выше средних сегодняшних показателей), а стоимость газа в сравнительно удаленном от основных мест добычи Московском регионе - находиться на уровне 80-110 долларов за тысячу кубометров в зависимости от питающего трубу месторождения.

От представителей "Газпрома" нам неоднократно доводилось слышать, что себестоимость добычи газа на базовых месторождениях компании составляет порядка 5-10 долларов за тысячу кубометров, а на более сложных новых месторождениях расходы могут доходить до 20-25 долларов. У европейских компаний, оказывающих услуги по транспортировке крупных объемов газа на значительные расстояния, на июль 2008 года транспортный тариф составлял 2,2-4,5 доллара за передачу тысячи кубометров газа на 100 км. То есть и при таком расчете для Московского региона получим гарантирующую умеренную рентабельность цену на газ в районе все тех же 80-100 долларов. Если же говорить о показателях, средних по стране, да еще с учетом экономического кризиса, приведенные цифры (расчет на начало года) еще нужно откорректировать в меньшую сторону.

В результате финансового кризиса и падения цен удельные издержки "Газпрома" просто обязаны заметно сократиться. В первую очередь это касается затрат на материалы, которые составляют почти 40% всех производственных расходов компании. Они в основном приходятся на закупки металла (стальные трубы), который за последние несколько месяцев подешевел более чем вдвое. Исходя из вышеприведенных данных о себестоимости транспортировки и добычи, можно предположить, что в регионах, расположенных рядом с крупными месторождениями газа (Урал, Западная Сибирь, Астраханская область), его стоимость должна существенно уступать рассчитанной для Московского региона и находиться на уровне всего 25-35 долларов.

Как на этом фоне выглядят дела "Газпрома"? Мы уже упомянули, что в соответствии с приказом ФСТ от 6 ноября 2008 года минимальная регулируемая цена тысячи кубометров газа в среднем по стране вырастет на 27% - до 2,7 тыс. рублей, то есть примерно до 100 долларов. А значит, равновесная цена будет достигнута уже в следующем году. Однако необходимо помнить, что и сейчас за значительную часть газа и оказываемых услуг "Газпром" и его подразделения получают еще больше. На 20-30% повышены цены реализации в районах сбыта недавно построенных газопроводов в Алтайском крае и Архангельской области. По свидетельству промышленников, в полтора-три раза дороже регулируемого тарифа осуществляются так называемые сверхлимитные поставки газа, которые покрывают нужды новичков или дополнительного потребления давних участников. По ценам, в несколько раз превышающим базовый тариф, региональные "дочки" "Газпрома" отпускают газ домохозяйствам на нужды, не связанные с отоплением жилища.

Особого упоминания заслуживает миссия "Газпрома" по газификации и подключению новых пользователей (за рубежом обычно бесплатная услуга). 15 тыс. рублей - во столько оценивают пару часов работы собственных сотрудников не только западные юридические компании, но и региональные сбытовые подразделения монополии в глубокой российской провинции (эквивалент среднего заработка провинциалов за два месяца). Услуга по полному подключению (прокладка 3-5 метров трубы) домохозяйства обойдется 50 тыс. рублей, что приблизительно соответствует полуторагодовому доходу среднего российского пенсионера.

Наши расчеты не могут претендовать на высочайшую точность, но, судя по всему, даже те расценки "Газпрома", которые начнут действовать через пару недель (не говоря уже о следующих, июньских), можно считать несколько завышенными.

ВМЕСТО ЭПИЛОГА
Напомним высказывания топ-менеджеров "Газпрома". В 2004 году курировавший внутренний рынок тогдашний заместитель председателя правления ОАО "Газпром" Александр Рязанов уверял озабоченную общественность, что "средства на модернизацию ЕСГ найдутся и проблема нехватки места в трубе отпадет... при уровне цен в 35-40 долларов (вдвое ниже текущего тарифа) и транспортном тарифе на уровне одного доллара". Годом позже тот же Рязанов заявил: "Еще одна абсолютно правильная вещь, с которой все согласны: у нас никогда не будет цен для промышленности в 140 долларов или 150 долларов за тысячу кубометров. Мы говорим, что эта цена будет на уровне максимум 60 долларов за тысячу кубометров, потому что у нас северная страна, у нас большие ресурсы газа". Теперь сотрудники "Газпрома" тактично молчат и о климате, и о ресурсах газа, и о точках безубыточности, а все больше упоминают европейские цены. Их понять можно. ОАО "Газпром", как независимый хозяйствующий субъект и как акционерная компания, вправе стремиться к максимизации своих прибылей, невзирая на интересы окружающих. Однако в этой логике есть один серьезный изъян. В зависимости от собственных потребностей государственная монополия оказывается то "акционерной коммерческой компанией", то лоббирующим сохранение и расширение собственных привилегий "национальным достоянием".



Источник: Рубанов Иван, "Друг мой - враг мой"// "Эксперт" за 22.12.2008


К этой статье еще нет ни одного комментария.


Оставить комментарий с помощью Yandex Google Mail.ru Facebook.com Rambler.ru Вконтакте Twitter

Время генерации страницы: 0.096055030822754